Выразимся картинно

7 февраля 2018

Говоря о месте живописи в интерьере, мы не смогли обойтись без участия Александра Воронова. Автор успешных дизайнерских проектов побывал по обе стороны творческих баррикад: Александр – не только талантливый художник, но еще и коллекционер.



 

Уютная мастерская Воронова давно получила звание волшебной мансарды. Именно здесь создаются полотна, которые вот-вот украсят чей-нибудь интерьер, хранится «избранное» – пара-тройка работ художников, входящих в личную коллекцию дизайнера, и конечно, ведутся бесконечные разговоры, появляются новые смыслы и разрушаются старые мифы.

 

Один из самых распространенных, как считает, Александр, это мнение о том, что большие возможности могут гарантировать широту эстетического восприятия. На выходе оказывается, что ни отсутствие Железного занавеса, ни посещение ведущих мировых музеев с юных лет не становятся залогом того, что человек сможет собрать грамотную художественную коллекцию. Несомненно, вкус надо развивать. Зачастую – вопреки цензуре. «В мою первую поездку в Лондон я посетил Музей Виктории и Альберта, который обычно не входит в число must visit большинства туристов, – признается Воронов. – Тогда там проходила выставка Люсьена Фрейда. Лондон сам по себе вызывает восторг, а тут еще такой подарок судьбы! Шутка шуткой, но я считаю, что там, где царит искусство, не место ханжескому лицемерию».

 

Общая насмотренность – это хорошо, однако грамотность подхода оказывается гораздо важнее. «То, что все сейчас увлечены искусством, большое заблуждение, – продолжает Воронов. – Москва этим болеет, регионы подтягиваются, но это не более, чем модное поветрие. А те, кто занимается коллекционированием серьезно, никогда и не покажут своих коллекций». Приобретению, продиктованному трендом, Александр противопоставляет выбор по велению души – так гораздо человечнее. Кроме того, ответ на вопрос «кто задает тренд?» остается риторическим. И более того – открывает массу вариантов для манипуляций. «Когда мне говорят о каком-нибудь распиаренном художнике, да еще упирают на то, что у него выставки за рубежом, я отвечаю: дайте мне конкретные ссылки на названия галерей. Я вот могу сказать, что у меня недавно выставка была где-нибудь в ЮАР, но это же будет неправда», – улыбается Воронов.

 

В определенной степени «знаком качества» может выступать мнение искусствоведов. Воронов упоминает о Брусиловском – говорит, что хорошо знал его и рад, что на протяжении всего творчества художника его не обошли вниманием искусствоведы. «Брусиловский – это явление. Тот редкий случай, когда призвание и признание совпали».

 

Однако, чаще всего в основу большинства коллекций ложится конъюнктура. Решение о покупке той или иной картины чаще всего принимается, исходя из перспектив ее последующий продажи. «Очень часто так собираются коллекции икон: человек прикидывает, сколько он получит за тот или иной экспонат лет через 20. И это неплохой подход – оценивать приобретение в перспективе».

 

Еще пара пунктов в списке наболевшего – ценообразование, культура и призвание. «То, что художники зарабатывают какие-то бешенные деньги – это миф, – говорит Воронов. – Это делается для души. С большой осторожностью, но выскажу предположение, что художниками все-таки рождаются. Можно выучить технику, освоить теорию, но глубокого понимания и видения это не даст, здесь нужно что-то еще – из разряда генетического». Наследственность действительно делает свое дело: количество переходит в качество, коллекционирование из баловства превращается в часть повседневной практики. «Нам еще далеко до Европы, где коллекционирование является частью культуры. Картины собираются и передаются по наследству, и за каждой картиной – своя история и смыслы, которые вам расскажут, проводя небольшую экскурсию по дому». В этом плане сам Воронов ближе к европейцам: в домашней коллекции – только то, что нравится и много значит для Александра и его жены Евгении, тоже художницы. Решения о покупке принимаются совместно: «Я показываю что-нибудь Жене, если она говорит, что не хотела бы в этом жить, то покупка может не состояться». Супруги отдают предпочтение небольшим форматам. Они, по меткому определению Александра, «более мобильны»: общую композицию при желании можно быстро изменить, что-то убирая и добавляя.

 

В этом творческом круговороте неизменными остаются несколько вещей. Первая картина, с которой все и началось: «Портрет Гарри Поттера» Рамиля Хабибуллина, любимого художника Александра. А еще – работы Евгении разных годов и серий. И разве могло быть иначе в доме, где царит любовь.



Смотрите также

Такие дела 13.01.2014

Подводя итоги, следует не только прикупить новый ежедневник, но и провести апгрейд рабочего места. Дизайнеры подскажут, как сделать офисную жизнь бодрее и веселее.

Оптические иллюзии – сфера не только физики, но и творчества. Тренируем воображение вместе с иллюзионистами от дизайна.

Комментарии (0)